Тональная морфология глагола в языке гуро



жүктеу 0.96 Mb.
бет1/7
Дата18.10.2018
өлшемі0.96 Mb.
түріДипломная работа
  1   2   3   4   5   6   7


САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ФИЛОГИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

КАФЕДРА ОБЩЕГО ЯЗЫКОЗНАНИЯ

Видо-временная система языка гуро

Дипломная работа

cтудентки 5 курса

отделения теории языкознания

Кузнецовой Ольги Васильевны

Научный руководитель:

д.ф.н. В. Ф. Выдрин
Санкт-Петербург

2007
Oглавление



I Введение 3

Общие сведения о языке 5

II Неглагольные высказывания 12

1. Конструкция идентификации 12

2. Локативная конструкция 12

3. Презентативная конструкция 14

4. Эквативная конструкция 14

5. Квалитативная конструкция 14

III Глагольные высказывания 16

1. Глагольная морфология 17

2. Семантика глагольных конструкций 31

Заключение 61

Приложения 62

Зона распространения языка гуро 62

Тексты 63

Список сокращений 71

Литература 72




I Введение


Язык гуро относится к южной группе языковой семьи манде, включающей приблизительно 60-70 языков, распространённых на обширной территории Западной Африки. На нем говорят 332 тысячи человек (по оценке 1993 года) в центральной части Кот д’Ивуара [Выдрин 2002: 161]. Территория распространения гуро делится на четыре диалектные зоны: Синфра, Буафле, Зуенуля, Вавуа. В данной работе рассматривается диалект Зуенуля.

Язык гуро начали описывать относительно недавно: большинство работ относятся к 70-80-м годам прошлого века. Большинство из них посвящены проблемам описания фонологии и лексики. Вопросы грамматики рассматриваются лишь в краткой грамматике Жана-Поля Бенуаста [Benoist 1969] и работе Моник Траби [Тrabi 1982], где описывается формальная морфология отдельных глагольных конструкций. Некоторые сведения по глагольной морфологии содержатся также в работе Ле Саута [Le Saout 1979], вцелом посвященной описанию фонологической системы.

Сведения по грамматической семантике, которые можно найти в перечисленных работах, крайне скудны. В грамматике Бенуаста рассмотрению глагольных конструкций посвящено всего четыре страницы, и там описываются лишь базовые значения самых распространенных конструкций. Еще меньше места отводится этому вопросу в работе Траби: она рассматривает значение конструкций только чтобы пояснить, почему для тех или иных глагольных форм были предложены именно такие названия.

Формальная морфология глагола и состав грамматических конструкций описаны гораздо подробнее. Но и здесь к данным, представленным в работах предшественников приходится подходить критически. Бенуаст не использовал специальных технических средств при фонетическом анализе, в его грамматике и словаре часты ошибки в обозначении тонов и гласных, он, в частности, не различает несколько пар фонем. Нотация в работе Траби гораздо точнее, но ее материалы тоже далеко не всегда совпадают с материалами, полученными в ходе данного исследования. Главная причина, видимо, заключается в диалектных различиях: Траби выполняла свое исследование с информантами из другой диалектной зоны.

Цель данного исследования – описание видо-временной системы языка гуро. Она предполагает описание семантики грамматических конструкций и формальных средств, использующихся для их образования. В центре внимания находятся глагольные конструкции, так как именно в них наиболее полно выражаются категории вида, времени и модальности.

Исследование проводилось в 2005-2007 годах, в ходе двух экспедиций в Кот-д'Ивуар. Основными информантами были Дже Би Заули Этьен (Дезире) и Юан Би Ирие Юбер, молодые носители гуро, освоившие новый вариант орфографии, адекватно отражающий фонологическую систему.

Основной материал для описания семантики видо-временных форм был собран с помощью анкет The TMA Questionnaire [Dahl 1985] и Typological questionnaire: the expression of future time reference [Dahl, de Groot, Tommola 1992]. Примеры в этих анкетаx состоят из двуx частей: первая задает контекст, а вторая представляет собой предложение для перевода, где глагол стоит в форме инфинитива. Такая подача материала была предложена авторами, чтобы избежать дословного перевода с языка анкеты. Однако использование фраз с инфинитивами оказалось крайне неудобно для информантов, поэтому в ходе исследования использовался вариант анкеты, разработанный Д.И. Идиатовым [Идиатов 2003] при исследовании языка бамана, где инфинитивы были заменены на соответствующие личные формы. Некоторые сложности были вызваны также неестественностью отдельных примеров. Чтобы скомпенсировать недостатки метода анкетирования, в дополнение к анкетам были записаны примеры устной спонтанной речи, которые затем были расшифрованы с помощью информантов.

Исследование, посвященое рассмотрению формальной морфологии глагола, будет описано в разделе «Глагольная морфология» в третьей главе.

Общие сведения о языке

1. Фонемный состав


Таблица 1




Лабиальные

Дентальные

Палатальные

Велярные

Лабиовелярные

Глухие смычные

p

t




k

kp

Звонкие смычные

b

d




g

gb

Глухие аффрикаты







c







Звонкие аффрикаты







j







Глухие фрикативные

f

s










Звонкие фрикативные

v

z

Имплозивные/ сонанты

ɓ (m)

l (n)

y (ɲ)

w (w̰)



Таблица 2






серия + ATR







серия –ATR




назальная серия




i




u







ɩ




ʋ

















e




o







ɛ




ɔ







ɛ̰




ɔ̰







a













a

















В таблицах используется африканский вариант Международной Фонетической Транскрипции,1 в примерах применяются обозначения, приближенные к практической орфографии: ɲ обозначается как ny, w̰ как nw.

Носовые сонанты, заключенные в таблице в скобки, являются аллофонами неносовых сонантов и имплозивных. Носовые сонанты выступают в сочетании с неназализованными гласными, неносовые сонанты и имплозивные – с назализованными.В данной работе они обозначаются согласно принципам практической орфографии, где каждому аллофону соответствует своя графема:


  1. |ɓā̰| [mā̰] ma̰2 ‘на’ |gɔ̀lɔ̀| [gɔ̀ḷɔ̀] gɔ̀lɔ̀ ‘забор’

|ɓā| [ɓā] ɓa ‘действительно’ |gɔ̰̀lɔ̰̀| [gɔ̰̀ṇɔ̰̀] gɔ̰̀nɔ̰̀ ‘семья’

1.2 В гуро выделяется особая единица плана выражения – стопа [Выдрин 2001, Выдрин 2006]. Она представляет собой сочетание одного (СV, редко V) или двух слогов (CVV, CVV2, CVlV, CVlV2) и обладает повышенной степенью внутренней связанности. Это проявляется в нескольких характеристиках:

1) В назальной гармонии. В стопах сочетаются либо только назальные, либо только неназальные гласные. Сорезонантность распространяется также на согласные: имплозивные и неносовые сонанты, с одной стороны, и носовые сонанты, с другой, находятся в отношении аллофонического варьирования.

2) В ограничении на сочетаемость гласных. В пределах одной стопы действует вокалическая гармония, могут встречаться только гласные одной серии. В стопах структуры CVlV2 и CVV2 действуют дополнительные ограничения: вторая гласная не может быть более переднего ряда, чем первая; в CVlV2 вторая гласная не может быть более открытой, чем первая, а в CVV2, наоборот, более закрытой.

3) Реализация интервокального согласного l зависит от характеристик начального согласного. После начальной губной или заднеязычной согласной она реализуется как [-ḷ-] в неназальном контексте и [-ṇ-] в назальном, после переднеязычных и среднеязычных [-ṛ-] и [-r̰-] для тех же контекстов.

4) В двусложных стопах с интервокальным согласным, в особенности в структурах типа CVlV, происходит редукция начального гласного, иногда до практически полного его исчезновения: bàlà ‘дух’ – [bàlà ~ bàlà ~ blà].


2. Тоны


1.3 Вопрос о количестве тонов в гуро до недавнего времени оставался дискуссионным. Жан-Поль Бенуаст [Benoist 1969], Томас Беарт, Анри-Клод Грегуар [Grégoire 1975], выделяли три уровневых тона (высокий, средний, низкий); некоторые из этих исследователей вводили также два уровневых тона (восходящий и падающий).

Ле Саут [Le Saout 1979] предложил интерпретацию, при которой три тона сводятся к двум уровневым тонемам (высокой, низкой), реализация которых зависит от начальной согласной. После «сильных» или тоноповышающих согласных (глухих, сонантов и имплозивных) тоны реализуются в высоком регистре, после «слабых» или тонопонижающих (звонких) – в более низком. Кроме того, есть две контурные тонемы (восходящая и падающая), первая из которых сочетается только с тонопонижающими, а вторая – только с тоноповышающими согласными.

Таблица 3


Тонема

Тон

с тонопонижающими

с тоноповышающими

Высокая

Средний

Высокий

Низкая

Низкий

Средний

Восходящая

Восходящий



Падающая



Падающий

В.Ф.Выдрин [2002] предложил пересмотреть систему тонем, предложенную Ле Саутом: хотя основная часть лексики гуро может быть описана с помощью двух уровневых тонем, для описания системы местоимений необходимо выделять три уровня. Он также выдвинул предположение [Выдрин 2006: 47], что восходящий тон после тонопонижающих согласных на фонологическом уровне следует интерпретировать как высокий, а падающий тон после тоноповышающих – как низкий. Таким образом оказываются заполнены лакуны, присутствующие в системе Ле Саута.

Таблица 4


Тонема

Тон

с тонопонижающими

с тоноповышающими

Высокая

Восходящий

Высокий

Средняя

Средний

Средний

Низкая

Низкий

Падающий

Однако дальнейший анализ показал, что трех тонем для описания гуро будет недостаточно: есть случаи, когда модулированный тон не обусловлен позицией после согласного: bɔɔ̌ ‘варан’ (по-видимому, такие случаи объясняются диахронически выпадением интервокальных согласных). Также в формах глагола, изменяющих тон под влиянием предшествующего слова, тоноповышающие согласные могут сочетаться с низким тоном, поэтому нельзя считать, что уровневые тонемы дополнительно распределены в зависимости от характера согласного.

Таким образом, в данной работе обозначение тонов исходит из того, что тональная система гуро включает в себя три уровневых и две модулированные тонемы, что близко к интерпретации Бенуаста и Грегуара. Описания, основанные на «расщеплении» тонем в зависимости от характера начального согласного, очевидно, отражают предыдущий этап развития фонологической системы. Однако противопоставление тоноповышающих vs. тонопонижающих согласных в определённой мере сохраняет свою актуальность и для описания современного состояния языка.

3. Система местоимений


В языках южной группы манде местоимения участвуют в выражении грамматических категорий глагола. Существует несколько серий местоимений, которые являются результатом слияния субъектных местоимений и показателей конструкции (в современном языке в первоначальной форме представленных при подлежащем, выраженном существительным). В гуро слияние местоимений с показателями факультативно, при этом часто возникают несколько степеней контракции. Например, рассмотрим следующее предложение:

  1. a̰ ká à zùlù-nâ̰ lo

я Neg он мыть-Prog Neg

‘Я его не мою.’

Последовательность a̰ ká à может реализовываться в виде нескольких вариантов, различающихся степенью стяжённости: a̰ ká à > a̰ á à > a̰á̰ à > a̰á̰à̰ > a̰a̰ [Н. В. Кузнецова Рук.].

На сегодняшний день существует две работы, посвященных системе местоимений гуро. В работе В.Ф. Выдрина [Vydrine 2005] выделяется шестнадцать серий, большинство из которых являются контрактивными. В более позднем исследовании Н.В. Кузнецовой было выявлено множество случаев контракции, не учтенных в работе В.Ф. Выдрина, а также было установлено, что во многих случаях существует несколько степеней контракции, причём формы разных степеней стяжённости находятся в отношениях свободного варьирования. Н.В. Кузнецова предлагает рассматривать местоименную систему гуро «как сумму небольшого количества базовых серий и применяемых к ним операций (в математическом смысле) контракции» [Кузнецова, ms.] и выделяет пять серий местоимений.

Отдельные детали в системе местоимений гуро требуют дальнейшего исследования, для некоторых местоимений данные допускают несколько вариантов трактовки (отдельная серия vs. вариант в рамках другой серии или результат контракции). Для целей данного исследования наиболее удобным представляется выделение шести местоименных серий, что почти полностью совпадает с описанием, предложенным Н. В. Кузнецовой.

Таблица 5









I

II

III

IV

V

VI

Ед.

1





á̰ ~ a̰

ma̰

má̰ ~ ma̰

mà̰á̰

2

i

i

í ~ i

e ~ ɓe

e ~ ɓe

bìí

3

è ~ yè





è ~ yè



yɩ̀ɩ́

Мн.

1 инкл.

kàà ~ gàà

kàà ~ gàà

kàá ~ kàà

kàà ~ gàà

kàá ~ kàà

kàá ~ gàá (nṵ̂)

1 экскл.





kʋ́ ~ kʋ



kʋ́ ~ kʋ

kʋʋ́ (nṵ̂)

2

ka

ka

ká ~ ka

ka

ká ~ ka

kaá (nṵ̂)

3

wò

wò

wó

wò

wó

wʋ̀ʋ́ (nṵ̂)

I. Субъектная серия

Употребляется в конструкциях со связкой à: эквативной, квалитативной, локативной; в глагольных конструкциях: перфективе, имперфективе, прогрессиве, результативе, императиве, оптативе, прохибитиве. Местоимения этой серии часто сливаются с показателем é в составе имперфективной конструкции, в результате чего образуются контрактивные местоимения, омонимичные местоимениям высокотоновой серии (a̰ é > á̰, i é > í).

II. Несубъектная серия

Используется в позициях прямого и непрямого дополнения и посессора в составе именной группы. Отличается от субъектной серии только местоимением 3 лица единственного числа.

III. Высокотоновые местоимения

Местоимения этой серии используются в двух разнородных функциях: рефлексивной и оптативно-императивной. По всей видимости, эта серия является результатом совпадения двух местоименных серий: рефлексивной (высокотоновой) и серии, возникшей в результате слияния субъектных местоимений и показателя ирреалиса é. На синхронном уровне эти местоимения уже практически неразложимы, однако показатель существует в исходном виде в ирреальных конструкциях с фокализованными местоимениями и существительными.

Местоимения в 1 и 2 лицах имеют по два варианта, находящиеся в отношении свободного варьирования: высокотоновые и со средним тоном (совпадающие с формами базовых субъектных местоимений).

IV. Эргативные местоимения

Эта серия отличается от субъектной только местоимениями 1 и 2 лица единственного числа. Термин «эргативные местоимения» серии был предложен В.Ф. Выдриным поскольку они, по его данным, могут употребляться только при переходных глаголах [Vydrine 2005]. Хотя позже стали известны и другие случаи употребления этих местоимений, мы будем использовать старое название за неимением лучшего.



Ma̰ и ɓe употребляются в синтаксических позициях, характерных для субъектных местоимений, и почти всегда могут быть заменены на соответствующие местоимения этой серии. Местоимение ma̰ употребляется практически во всех контекстах, в которых употребляется базовое субъектное местоимение a̰, а круг использования ɓe ограничен утвердительными конструкциями с переходными глаголами, где субъект непосредственно предшествует объекту (между ними нет показателя конструкции). Между высказываниями, содержащими базовые субъектные местоимения и высказываниями с местоимениями ma̰ и ɓe наблюдаются семантические различия, на данный момент не описанные. Информанты называют называют конструкции с эргативными местоимениями более «определенными», даже в контекстах, где это не может быть связано с референциальным статусом дополнения [Н. В. Кузнецова Рук.]. По моим наблюдениям ma̰ и ɓe не связаны также и с выражением видо-временных значений.

V. Эргативные оптативные

Соответствуют высокотоновым неэргативным местоимениям в императивно-оптативной функции.

VI. Фокализованная серия

Местоимения множественного числа могут употребляться как в сочетании с показателем множественного числа nṵ̂, так и без него. Семантические различия между такими употреблениями пока что остаются неизученными.

Фокализованные местоимения, в первую очередь, употребляются в конструкции идентификации (mà̰á̰ le ‘это я’). Кроме того, они могут занимать самые разные синтаксические позиции в высказывании.






Достарыңызбен бөлісу:
  1   2   3   4   5   6   7


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет