Учебно-методический комплекс дисциплины «местное самоуправление» для студентов направления подготовки 101100. 62 Гостиничное дело Лекции 12 часов


Тема 3. Общенациональная муниципальная политика России в переходный период 1988-2003гг



жүктеу 2.65 Mb.
бет3/9
Дата21.04.2019
өлшемі2.65 Mb.
түріУчебно-методический комплекс
1   2   3   4   5   6   7   8   9
Тема 3. Общенациональная муниципальная политика России в переходный период 1988-2003гг.

Этап 1988-1991 – начало демократизации и децентрализации

Начало реформирования властных структур в новейшей российской истории связано с именем М.С.Горбачева, объявившего о старте перестройки в СССР во второй половине 80-х. Летом 1988г. на XIX партконференции был провозглашен курс на передачу властных полномочий от партии к советам на всех уровнях. В результате, в марте 1989г. были проведены первые альтернативные демократические выборы депутатов Съезда народных депутатов СССР, а в апреле 1990г. принят общесоюзный закон «Об общих началах местного самоуправления и местного хозяйства в СССР». Постановлением о введении в действие этого закона упразднялась вся система союзных законов о местных Советах каждого звена, отдавая создание таких законов на откуп республиканских законодателей. Данный закон давал местным Советам чрезвычайно широкие полномочия, делал их настоящими хозяевами на своей территории. Закон, в частности:

- отменил вертикальную соподчиненность выборных советов и их исполкомов, вводя, т.о., в том числе, автономию местных советов,

- утвердил контроль советов над их исполкомами (кадрами и решениями),

- наделил советы собственной компетенцией в налоговой и бюджетной сфере.

Закон отменил практику двойного подчинения исполкомов своим советам и вышестоящим исполкомам, что ломало прежнюю иерархическую систему управления. В целом закон был близок к самоуправленческой идеологии, которая связывалась в тот период с демократическим движением.

Решающим фактором, повлиявшим на радикальные изменения местной власти, стали выборы народных депутатов РСФСР, региональных и местных советов (март 1990г.). Требование муниципальной автономии, сформулированное в лозунге оппозиции «Вся власть Советам!», служило также целям ослабления монополии КПСС на власть. Лидерами процесса муниципальной автономии стали городские советы: именно города служили базой антикоммунистической оппозиции, именно в городах были сконцентрированы группы интересов регионального масштаба (городские управленцы, директора предприятий), прежде находившиеся в подчинении у горкомов и обкомов.

Выборы привели к радикальной смене политических возможностей МСУ в России. Полное крушение власти КПСС и приход оппозиции к власти в советах произошло в Москве и Ленинграде. В большинстве регионов и городов России, однако, деятельность городских советов и их взаимодействия с региональными советами зависели от конкретных особенностей территории, от сложного сочетания конкурирующих интересов и идеологий.

В таких условиях российская политика в сфере МСУ все в большей степени руководствовалась интересами текущей политической борьбы. Пришедшие к власти на уровне Верховного Совета России представители оппозиции полагали местные советы как союзников в борьбе против руководства СССР и КПСС. 13 марта 1991г. создается первая общероссийская ассоциация МСУ: Союз городов России (председателем избран председатель Рязанского горсовета Валерий Рюмин). Она объединила проельцинские и антигорбачевские советы. В результате возникла коалиция «Верховный Совет РФ – городские советы» против коалиции «КПСС – областные советы». На региональном уровне добавлялись конфликты между советами и их исполкомами.

В такой сложной обстановке 6 июля 1991 вступил в силу разработанный Верховным Советом (читай оппозицией КПСС) закон «О местном самоуправлении в Российской Федерации» (далее закон об МСУ).

Закон признавал органами МСУ только органы, создаваемые в районах, городах, районах в городах, поселках. Краевые и областные органы стали относиться теперь к органам государственной власти (до того такие органы относились к местной власти).

Закон о МСУ четко определил предметы ведения и полномочия представительного органа МСУ (совета) и исполнительного органа МСУ (администрации) на уровне города, района, района в городе, поселка. Администрация теперь не была подчинена совету: он не имел права приказывать администрации, хотя сохранил право отменять ее решения и отрешать ее главу от должности. Закон вводил должность единоличного главы исполнительной ветви МСУ – главы администрации, избираемого всем населением. По мысли разработчиков в результате выборов глав администраций должны были уйти с постов руководителей районов и городов, старые кадры коммунистической номенклатуры. Большинство первых глав местных администраций, однако, было назначено руководителями регионов. Глава администрации был подотчетен совету, он же обладал правом вето на решения совета, которое преодолевалось 2/3 голосов депутатов. Закон оставлял за советами высшего уровня право отмены решений советов низшего, но уже не позволял им навязывать свои решения советам низшего уровня. Этим законом, таким образом, вводились принципы разделения властей и принцип единоличия (единоначалия) в систему исполнительной власти, частично устраняя недостатки системы советской власти и повышая эффективность управления.

Законом также была определена ресурсная база местных властей, необходимая для самостоятельного решения местных вопросов.

Вариант реформы МСУ, продекларированный в законе об МСУ, так и не был реализован, т.к. политические возможности снова резко изменились: произошел путч 19-21 августа 1991г., который провалился, в результате КПСС была ликвидирована, и начались радикальные экономические реформы.


Этап 1991-1993 – усиление централизации и ликвидация местных советов

После августа 1991г. Россия изменилась и очень сильно: КПСС была ликвидирована, но вместе с ней практически исчезло демократическое движение; союзные органы власти были упразднены; новое правительство взяло курс на радикальные экономические реформы. Сильно изменилась и политика в области МСУ. Задачи борьбы с КПСС и союзными властями были решены, и местные власти перестали быть востребованными. Новому правительству не нужны были ни выборы глав администраций, ни советы вообще. Ресоветизаторская идеология была дискредитирована вместе с КПСС, самоуправленческая идеология была отодвинута на второй план, господствующей становится утилитаристская идеология нового правительства радикальных реформ (в 1991г. главными реформаторами в правительстве были Г.Бурбулис и С.Шахрай).

Намеченные на конец 1991г. выборы глав местных администраций были отменены. Публично этот шаг обосновывался опасностью номенклатурного реванша.

С ноября 1991г. Президент РФ Б.Ельцин получил право назначения и снятия глав администраций краев и областей России, а эти главы, в свою очередь, получили права назначения и снятия глав местных администраций, при этом главы администраций региональных столиц назначались и снимались непосредственно президентом. Восстанавливалась, т.о., исполнительская вертикаль и происходил отказ от муниципальной автономии. Все это делалось, по словам реформаторов, для быстрейшего проведения экономических реформ: именно главы исполнительной власти занимались практической деятельностью по выполнению решений правительства.

С весны 1992г. утилитаристами (правительство «молодых реформаторов» Е.Гайдара, А.Чубайса, С.Шахрая и др.) берет курс на ликвидацию системы советов вообще (в первую очередь – Верховного Совета). Команда Б.Ельцина провозгласила лозунг «Советы и демократия несовместимы» с целями:

- избавиться от демократического контроля со стороны советов за деятельностью исполнительной власти, особенно, в сфере экономической политики,

- избавиться от политических конкурентов в ходе приватизации.

Для местных властей представление о «коммунистических» советах и «реформаторских» администрациях было просто мифом. Однако, конфликт между президентом и парламентом вынуждал и органы МСУ «размежеваться по ветвям власти», демонстрировать лояльность какой-нибудь из противоборствующих сторон. В защиту советов выступили и коммунисты-ресоветизаторы, и сторонники самоуправленческой идеологии. В течение 2-х недель после того как Б.Ельцин распустил Съезд народных депутатов и Верховный Совет, ни один совет в России не выступил в его поддержку, а большинство прямо или косвенно его осудили. После того как 4.10.1993г. президентская сторона победила в конфликте по принципу «игры с нулевой суммой», последовала расплата в виде укрепления вертикали исполнительской власти и ликвидации местных советов.

9.10.1993г. президент издал указ о ликвидации районных в городе, городских, поселковых и сельских советов, передав их полномочия главам администраций во всех регионах, кроме республик в составе России. Указом от 26.10.1993г. все местные советы были окончательно распущены. Наконец, указом от 22.12.1993г. полномочия МСУ фактически передавались назначенным главам местных администраций1.

Итак, советский период в истории российского МСУ в конце 1993г. был насильственно завершен.


Этап 1993. Новая Конституция России: МСУ не входит в систему органов государственной власти

С весны 1993г. команда Ельцина приступила к подготовке и продвижению проекта Конституции, который был призван максимизировать ельцинское господство и устранить угрозы его власти со стороны парламента. Проблемы МСУ были вторичными по сравнению с проблемами разделения властей по горизонтали и вертикали. Однако, поскольку в борьбе с Верховным Советом Ельцин вынужден был опираться на поддержку масс, постольку предложенный от его имени проект нуждался в одобрении различных групп общества.

Проект обсуждался на созванном в июне 1993г. Конституционном совещании. Особого интереса к проблемам МСУ большинство участников совещания не обнаружило. Из тех, кто был заинтересован, в первую очередь следует отметить мэров городов и председателей местных советов, отстаивающих идею самостоятельности МСУ. Союзниками муниципалов выступили утилитаристы из числа представителей Ельцина на совещании (С.Шахрай, А.Слива), которые рассматривали местную автономию как средство ослабления региональных элит. По инициативе С.Шахрая и А.Сливы предлагались различные варианты формулировок ст.12: МСУ «отделено от государства», «действует независимо и самостоятельно», «не входит в систему государственной власти», «не входит в систему органов государственной власти» и др. Окончательно была принята формулировка «органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти» - явная победа сторонников автономии МСУ.

Помимо самоуправленцев и утилитаристов (они по этому вопросу выступали как союзники) никто из участников не выразил особого интереса к вопросам конституционного статуса МСУ – это, что касается идеологий. На уровне интересов сопротивление им могли оказать региональные лидеры, участвовавшие в совещании. Но «регионалы» были заняты другими разделами Конституции (разграничение полномочий с Центром), и не придали ст.12 существенного значения.

В результате конституционный выбор в пользу муниципальной автономии был сделан в ситуации сильной неопределенности и вне всякой связи с существовавшими ранее институтами местной власти. Такой подход был возможен лишь в результате сложившегося сочетания акторов с их интересами и идеологиями, он не был вызван исторической обусловленностью развития, и поэтому вызвал в последствии значительные конфликты.
Этап 1993-1995. Подготовка и принятие первого

Закона об общих принципах МСУ (ФЗ - №154)

События конца 1993г. от роспуска парламента до принятия новой конституции привели к новой смене политических возможностей. Она была обусловлена:

- победой президента над парламентом по принципу «игры с нулевой суммой»: новое Федеральное Собрание имело подчиненный президенту характер и в правовом, и в политическом плане,

- отнесением МСУ к сфере совместной компетенции, что меняло взаимоотношения Центра и регионов,

- сменой курса политики Центра по отношению к регионам: поворот в сторону политики торга с региональными элитам по принципу «лояльность в обмен на невмешательство».

«Критический момент» 1993г. изменил и ключевых акторов, и механизмы их взаимодействия; на федеральном уровне неопределенность была минимизирована, а на региональном и во взаимоотношениях центр – регионы, она возросла.

Произошла также смена идеологий акторов политики в сфере МСУ. «Ресоветизаторской» и «самоуправленческой» идеологии в октябре 1993г. (разгон советов) был нанесен удар. Влияние утилитаристов было ослаблено: устранив парламент, они выполнили свою миссию. Неудача на выборах в Государственную Думу 1993г. «Выбора России» и ПРЕС, выступавших с утилитаристских позиций, обозначила эту смену идеологий. Наибольшее влияние в Центре и среди региональных элит приобрели «управленцы», которым было наплевать на местную автономию и на МСУ, они были призваны стабилизировать ситуацию. Т.о., проблемы МСУ снимались с политической повестки дня.

Интересы также изменились. После 1993г. Центр отказывается от использования МСУ в качестве орудия подрыва влияния региональных элит. Акторы, выступавшие лоббистами «муниципалов» утрачивают свое влияние и оставляют посты в правительстве и администрации президента (отставка С.Шахрая с поста министра по делам национальностей и региональной политики и замена его на «управленца» Н.Егорова). В то же время региональные элиты получили канал представления своих интересов в Совете Федерации.

В ряде регионов в 1993-1994гг (после разгона советов) прошла первая волна конфликтов между губернаторами и мэрами региональных столиц. Губернаторов теперь не контролировали ни советы, ни Центр, не ограничивали законы, они получили возможность избавляться от реальных и/или потенциальных конкурентов, которой успешно воспользовались. Уже в первые месяцы 1994г. последовали отставки мэров в Рязани, Нижнем Новгороде, Саратове, Омске, Владивостоке («мор мэров» - по словам председателя комитета Думы по МСУ А.Сливы). Центр занял позицию невмешательства в «разборки» на уроне регионов, развязав руки губернаторам. Срочно требовался закон об МСУ.

Официально законопроект был внесен президентом в Думу в конце декабря 1994г. (хотя был он разработан МИННАЦЕМ еще весной 1994г., официально опубликован в октябре 1994г.). Группа депутатов Думы из числа «самоуправленцев» и «ресоветизаторов» под руководством И. .Муравьева внесла альтернативный законопроект («муравьевский»).

Вокруг законопроекта возникла политическая интрига, связанная как с разными идеологиями, так и с интересами разработчиков. «Муравьевский» проект исходил из нескольких ключевых положений:

- наличие выборных органов МСУ в МО как на поселенческом уровне, так и на уровне районов,

- проведение выборов органов МСУ в течение полугода после вступления закона в силу,

- приоритет представительных органов МСУ,

- право МО на выбор организационной модели МСУ.

Такой подход был вполне в духе «самоуправленцев» и оказался приемлем «ресоветизаторам». Кроме них, проект поддержала часть региональных легислатур.

Президентский вариант отталкивался от неявного сохранения иерархии исполнительной власти. Он предполагал:

- поселенческий принцип организации МСУ,

- возможность делегирования полномочий МСУ органам государственной власти,

- возможность введения временного государственного управления в случае несостоятельности МСУ,

- наличие не только выборных, но и иных органов МСУ, которые могли наделяться государственными полномочиями,

- двухлетний переходный период для введения закона в силу в полном объеме.

Этот проект отвечал идеологии «управленцев» и интересам региональной исполнительной власти, поддержали его и лояльные президенту «утилитаристы».

По итогам обсуждения проектов в первом чтении в марте 1995г. на сессии Государственной Думы большинство получил (т.е., был принят в первом чтении) «муравьевский» проект.

Этот проект имел два недостатка:

- он был декларативен и не описывал ряд процедур либо давал отсылки к иным законодательным актам, которых на тот момент не существовало,

- в нем предполагалось, что закон будет исполняться сам собой, в нем не было ни указаний по порядку его реализации, ни механизмов санкций за неисполнение.

Внесение поправок в законопроект во втором чтении было компромиссом между сторонниками президентского и «муравьевского» вариантов. В итоге: регулирование целого ряда норм было отдано регионам; возможность и порядок взаимного делегирования полномочий региональными органами и органами МСУ вообще выпал из рассмотрения. В результате в законе принятом в третьем чтении в июне 1995г. оказалось множество пробелов и неясностей. В законе осталось множество возможных организационных форм и моделей МСУ: с разделением властей (Совет-глава администрации, Совет – управляющий – глава администрации) и без (Совет – исполком, Совет – комиссии, Совет – управляющий, Совет – глава администрации, где глава одновременно исполняет функции председателя Совета), допускались модели, в которых не было исполнительного органа, его роль могло играть учрежденное Советом муниципальное учреждение.

6 июля, однако, Совет Федерации наложил вето, затем, после принятия закона в новой редакции, снова наложил вето 28 июля. Дело в том, что региональным лидерам этот закон не был нужен ни в каком виде: их полностью устраивала существующая ситуация.

12 августа 1995г. Дума с большим запасом преодолела вето Совета Федерации, далее дело стало за президентской стороной, и в игру вступили «утилитаристы». Они были заинтересованы в скорейшем подписании закона, т.к., во-первых, стремились ограничить влияние региональных элит, за счет МСУ (Закон передавал бы права, полномочия и ресурсы от региональных властей к местным), и, во-вторых, Россия собиралась вступить в Совет Европы, стране требовалось продемонстрировать соответствие законодательства европейским стандартам, и вето президента на этот закон расценивалось бы явно негативно. В итоге 28 августа 1995г. президент подписал Закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (ФЗ - №154), вступивший в силу 1 сентября 1995 года.


Этап 1995-1998. Организационно-правовой этап реформы МСУ

Согласно норме ФЗ - №154 выборы МСУ должны были пройти до 1 марта 1996г. Примерно в этот же срок должны были состояться федеральные, президентские и губернаторские выборы. «Управленцы» и «утилитаристы» считали, что назначенные главы местных администраций приложат все усилия для избрания своих губернаторов в обмен на их поддержку при последующем собственном избрании. Поэтому Центр был крайне заинтересован в блокировании выборов МСУ по крайней мере до окончания президентских и губернаторских выборов. В сентябре 1995г. издается президентский указ, рекомендовавший перенести срок выборов органов МСУ и региональных легислатур на конец 1997г. Т.о., реализация только что принятого ФЗ - №154 оказалась заблокированной возможностью непроведения выборов. В марте 1996г. новый состав Думы перенес срок вступления в силу ФЗ - №154 до конца 1996г.

Осенью 1996г. был принят закон «Об обеспечении конституционных прав граждан избирать и быть избранными в органы местного самоуправления в Российской Федерации» (закон Попова – Митрохина). Этот закон был направлен против бездействия региональных властей и/или отсутствия региональных законов о выборах МСУ. Суть закона такова: в случае непроведения выборов региональными властями, выборы назначались судебным решением, устанавливающим также и сроки выборов, причем в суд по этому поводу мог обратиться любой гражданин; если же в регионе отсутствовал закон о выборах, то в действие вводились временные правила их проведения. Закон сыграл свою роль: в течение полугода число регионов, где не прошли выборы МСУ, снизилось с 32 до 11.

В ходе президентской избирательной кампании 1996г. «утилитаристы» вновь победили «управленцев» (прежде всего в администрации президента). Очередная смена идеологий привела смене интересов Центра, в т.ч., и по отношению к МСУ: самоуправление вновь рассматривалось как противовес губернаторам, которых теперь стали выбирать, и, следовательно, которые стали существенно меньше зависеть от центра. МСУ призвано было стать рычагом воздействия на избранных губернаторов. Итак, Центр вновь начал «игру в самоуправление».

В это же время Конституционный Суд (КС) рассматривал так называемое «удмуртское дело», заключавшегося в конфликте Государственного Совета Удмуртии и органов МСУ Ижевска. Суть конфликта заключалась в следующем. В 1996г. Госсовет Удмуртии принял решение о преобразовании действующих органов МСУ в местные органы государственной власти, находившиеся в подчинении республиканских властей. Местные власти Ижевска были поддержаны и Думой, и Президентом России.

Решение КС (январь 1997г.) было неоднозначным:

- с одной стороны КС признал неконституционным решение Госсовета Удмуртии, ограничивающего деятельность органов МСУ,

- с другой стороны КС признал право субъектов федерации на создание местных органов государственной власти. КС счел обязательным избрание этих органов населением (запретив назначение) и недопустимым – решение ими вопросов местного значения.

В политическом плане это решение создало прецедент вмешательства Центра в конфликт региональных властей с органами МСУ на их стороне, в данном конкретном случае на стороне защитников муниципальной автономии.

Союз «утилитаристов» Центра и МСУ набирал силу. В конце мая 1997г. был создан консультативный орган при Президенте России – Совет по местному самоуправлению в Российской Федерации (СМС). Интерес «утилитаристов» к МСУ был вызван не только интересами их борьбы с губернаторами, но и стремлением проведения курса экономических реформ (прежде всего в больших городах). «Муниципалы», как правило, более молодые и образованные, чем региональные лидеры, гораздо лучше подходили на роль агентов экономических изменений. Необходимо было теперь обеспечить МСУ ресурсами, в первую очередь финансовыми. В Думе был подготовлен «самоуправленцами» проект закона «О финансовых основах местного самоуправления Российской Федерации» (закон «О финансовых основах»). Проект был направлен на укрепление местных бюджетов: он передавал МСУ часть федеральных налогов, собираемых на территории МО. Судьба этого проекта очень похожа на ФЗ - №154: принятие Думой, вето Совета Федерации, преодоление этого вето и в конце сентября 1997г. проект был подписан президентом и стал законом.

Итак, к началу 1998г. были избраны органы МСУ и сформирована законодательная база, регулирующая их создание, организацию и деятельность. Суды при рассмотрении конфликтов МСУ и руководителей регионов перешли на сторону МСУ (от «мора мэров» в 1994г. до выигрыша дел по Удмуртии и Приморскому краю). 11 апреля 1998г. в России была ратифицирована Европейская хартия местного самоуправления.
Этап 1998-2000. Начало сворачивания муниципальной автономии

Закон «О финансовых основах» так и не заработал, т.к. не соответствовал бюджетным планам правительства в целом. Нормы этого закона не были учтены в проекте федерального бюджета на 1998г., и, кроме этого, отвергались разработанным в то же время правительственным проектом Налогового кодекса. Т.о., стало очевидным, что «утилитаристы» не заинтересованы в финансовой самостоятельности МСУ, а закон «О финансовых основах» оказался не более, чем декларацией. Игра Центра в самоуправление обнаружила свои границы: Центр мог обеспечить самостоятельность МСУ от регионального управления (автономия «от»), но не мог обеспечить самостоятельности для решения проблем (автономия «для»). Он не обладал достаточным объемом ресурсов, которые мог бы предложить «муниципалам» - ни политических (авторитет, влияние), ни экономических (финансы, инвестиции), ни административных (назначение и снятие с постов). В то же время региональные элиты обладали всеми этими ресурсами в достаточной степени, чтобы блокировать федеральный политический курс.

В это же самое время (осень 1997г.) влияние в правительстве «утилитаристов» во главе с А.Чубайсом ослабло, и смена кабинета весной 1998г. положила конец «игре в МСУ», правительству С.Кириенко было не до проблем местной политики. А проблемы были:

- в муниципальные лидеры стали проходить люди с криминальным прошлым (выборы мэров Ленинск-Кузнецкого (1997) и Нижнего Новгорода (1998)),

- «Муниципалы» не были ни едины, ни организованы, чтобы претендовать на роль привлекательного союзника «федералов»,

- «Муниципалы» не имели никаких стимулов к проведению на местах непопулярных мер Центра, в первую очередь реформы ЖКХ.

Охлаждение Центра к МСУ началось весной 1998г. Принятый Налоговый кодекс в части местных налогов не был благоприятен для МСУ, финансовый кризис и «дефолт» августа 1998г. положили начало процессу свертывания муниципальной автономии.

После августа 1998г. неопределенность во взаимоотношениях Центра и регионов резко усилилась. Федеральная политика в сфере МСУ стала утрачивать свое значение на уровне регионов и муниципалитетов. В 1998-2000гг. политика в данной сфере все более регионализировалась (см. подробнее следующую главу).

Завершение цикла федеральных выборов 1999-2000гг. стало новым «критическим моментом» муниципальных реформ, привело к существенным изменениям политических возможностей на федеральном уровне. Исход выборов по принципу «игры с нулевой суммой» привел к смене акторов с их идеологиями и интересами и снизил неопределенность, вызванную дефицитом информации. Значительно снизилась неопределенность отношений «Центр – регионы»: утраченный административный потенциал Центра был быстро и легитимно восстановлен, влияние региональных элит на федеральную политику было ограничено. На смену оппозиционной Думе 2-го созыва пришла лояльная и подконтрольная Дума 3-го созыва. Ранее разнородное российское правительство превратилось в подконтрольный президенту механизм исполнения политических решений. Все это привело к появлению единственного доминирующего актора по всем направлением российской политики, в т.ч., в сфере МСУ - Президента России. Центр принятия политических решении переместился к президенту и его администрации, политический режим превратился в моноцентрический.

В сфере МСУ Центр теперь стремился контролировать основные решения, переложив ответственность за последствия их реализации на региональные и местные власти, т.е. господствующей идеологией вновь на некоторое время стала «утилитаристская», при определенном влиянии «управленцев». В отличие от прошлых лет «утилитаристы» 2000-х не нуждались в МСУ, у них имелись более действенные рычаги давления на регионы.

В мае 2000г. президент предложил Думе пакет законопроектов о федеральной реформе, где, вообще говоря, предусматривался в т.ч. отказ от муниципальной автономии: мэры городов с населением свыше 50000 жителей должны были назначаться и увольняться губернаторами. Это мотивировалось необходимостью наведения порядка в духе «диктатур закона». Впоследствии это предложение было снято президентской стороной, поскольку явно противоречило ст.12 Конституции. В конце концов поправки к ФЗ - №154, подписанные президентом в начале августа 2000г. хотя и уменьшали самостоятельность МСУ, но приняли вполне умеренный вид: Президент России получил право отрешать от должности глав региональных столиц, Президент и губернаторы могли отрешать от должности глав МО, региональные легислатуры могли теперь распускать муниципальные советы. Однако, эти возможности сильно ограничивались длительностью и громоздкостью процедур: роспуск советов требовал обязательного судебного решения об отмене их нормативных актов, которое они отказывались исполнять.

После выборов 2000г. внимание и интерес Центра к организациям МСУ резко пошли на убыль: СМС практически перестал функционировать, а Конгресс муниципальных образований (КМО), созданный в 1998г., перестал интересовать президента. В июне 2000г. управление по вопросам МСУ администрации президента было упразднено, а его функции переданы отделу в рамках главного территориального управления. Основным разработчиком федеральной политики в сфере МСУ стала специальная рабочая группа по повышению эффективности МСУ созданная в конце 2000г. в рамках Государственного Совета. Поскольку этот орган состоял из глав регионов, которым местная автономия была не нужна, но которые пока не могли ее упразднить, на смену проекту «всеобъемлющей исполнительской вертикали» пришел проект мягкого сворачивания муниципальной автономии.

Прежде всего, это проявилось в федеральной бюджетной и налоговой политике: в 2000г. доля доходов местных бюджетов в консолидированном бюджете России составляла 25%, а объем расходных полномочий, финансируемых из местных бюджетов - 30%; в 2001г. сало еще хуже – 17% и 32% соответственно. Финансовая зависимость МСУ от государства принимала угрожающий характер.
Этап 2000 – 2003. От автономии к контролю

В начале 2000-х в России получила развитие политика рецентрализации, названная новым Президентом России В.Путиным «федеральной реформой». Она включала в себя:

- создание 7 федеральных округов с полномочными представителями президента в них. Представители президента обладали обширными полномочиями по контролю за соблюдением федерального законодательства в регионах и по координации деятельности региональных служб федеральных ведомств,

- реформа Совета Федерации, в результате которой из его состава исключены главы исполнительной и законодательной власти регионов, что привело к снижению влияния этого органа на общенациональную политику,

- предоставление Президенту России права снятия с должности глав регионов и роспуска региональных легислатур в случае нарушения ими федерального законодательства (правда, процедура исполнения этого права была долгой и сложной),

- централизация бюджетных потоков путем изменения бюджетного и налогового законодательств.

Спад производства и социально-экономический кризис в это же время начали уступать место экономическому росту и новыми попытками проведения экономических реформ.

В стране радикальным образом изменилась общеполитическая ситуация: начиная с 2000г. Президент России В.Путин и его команда стали проводить курс на монополизацию принятия решений и сосредоточения всей полноты власти в своих руках. Логическим завершением этого процесса стали выборы в Государственную Думу 2003г., когда проправительственная партия «Едина Россия» получила более 2/3 мест, и отказ от всеобщих выборов губернаторов в 2004г.

Период после 2000г. постепенно стал торжеством управленческой идеологии и «управленцев». Политика реформ во многих сферах, включая МСУ, преследовала цели обеспечение управляемости, понимаемой как иерархический контроль «сверху вниз». Касательно «федеральной реформы»: рецентрализация управления страной, изначально рассматривавшаяся «утилитаристами» как средство проведения социально-экономических преобразований, стала затем самоцелью для «управленцев». Как следствие, МСУ в 2000-е года оказалось на задворках большой политики. Ранее в 90-е годы МСУ было используемо Центом и/или оппозицией в своих политических целях, теперь же оппозиции по сути не осталось, и Центр мог уже не допускать никакой автономии, в т.ч. местной. Новое сочетание акторов и идеологий допускало лишь встраивание МСУ в иерархию исполнительной власти.

В это же время у Центра возникла объективная потребность в очередном реформировании МСУ: из-за сосредоточения власти и финансов в руках Центра, никак не могла муниципальная власть быть эффективной и осуществлять управляемость на местах. В результате намечается новый поворот в муниципальной политике. В 90-е годы органы МСУ ряда городов добились определенной политической автономии на фоне отсутствия экономической. В 2000-е годы стало очевидным намерение федеральных властей обеспечить экономическую самостоятельность органов МСУ за счет снижения их политической самостоятельности.

Этот подход лег в основу нового проекта реформ МСУ, подготовленного группой комиссии администрации президента под руководством Д.Козака. Программа реформ Д.Козака носила «утилитаристский» характер, но ее воплощение в жизнь в последствии оказалось в руках «управленцев», позиции которых в администрации президента укрепились после 2003г.

План реформы МСУ основывался на идеях разделения властей на местном уровне и разграничении полномочий между различными уровнями власти. Предполагалось сохранить местную автономию в той степени, в какой она может обеспечить эффективность МСУ. На практике логика рецентрализации привела к тому, что приоритетом Центра стало ограничение муниципальной автономии и усиление контроля.


Этап 2003-настоящее время. Второй закон «Об общих принципах». Контроль вместо автономии

Второй закон «Об общих принципах» также сложно проходил процесс обсуждения в Думе (было подано более 6500 поправок), тем не менее 6.10.2003г. Закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской федерации» (ФЗ - №131) был подписан российским Президентом. Первоначально закон должен был вступить в силу с 01.01.2006, затем его полноценная реализация была отложена до 01.01.2009г., наконец, некоторые статьи вступят в силу с 01.01.2012г.

Новый закон призван обеспечить административный контроль Центра и региональных властей над муниципалитетами. ФЗ - №131 рассматривает МСУ как «публичную власть», призванную обеспечить решение местных вопросов в рамках единой системы исполнительной власти.

Важнейшими особенностями нового закона в плане воздействия Центра и регионов на муниципалитеты являются:

- введение 2-х уровневой системы МСУ (при этом определение границ и статуса МО отдано региональным властям),

- формирование исполнительной власти МСУ. ФЗ - №131 предусматривает как всеобщие выборы мэра, так и найм по контракту управляющего. Кандидатуры управляющих подбирались, как правило, региональными администрациями. Именно этот вариант получает наибольшее распространение после отмены выборов губернаторов: к началу 2006г. он использовался уже в трети российских МО.

Механизм банкротства МСУ и введения региональными органами власти внешнего управления в МО, в случае, если муниципальные долги превышают 30% от их текущего бюджета. На практике угроза муниципальных банкротств при нарастании зависимости МСУ от дотаций и субсидий из вышестоящих бюджетов может превратиться в инструмент политического давления на МСУ, в первую очередь на мэров.

В законе содержатся также нормы, позволяющие региональным властям распускать муниципальные советы, отрешать от должности глав местной администрации и др.

Логика ФЗ - №131 предполагала, что МСУ может быть подотчетно жителям и обладать автономией лишь в той мере, в какой это допускается Центром, исходя из его представлений о текущей целесообразности.

После отмены выборов губернаторов (осень 2004г.) давление Центра на остатки местной самостоятельности усилились:

- были попытки ввести назначение мэров губернаторами, они не поддержаны законодательно,

- были предложения о возможности односторонней передачи части полномочий МСУ региональным властям,

- осенью 2006г. депутатами-«единороссами» был внесен законопроект об осуществлении МСУ в региональных столицах только во внутригородских районах, а на уровне всего города управление передается региональным администрациям. Проект вызвал сильный протест «муниципалов» и был отозван.

Следует признать, что единственной реальной преградой для упразднения муниципальной автономии остается членство России в Совете Европы и необходимость соблюдать Европейскую хартию МСУ.

Таким образом, МСУ в России прошло полный цикл от возникновения с нуля в 1990г., через периоды расцвета в 1991-1993гг. и 1995-1998гг., кризиса в 1993г., и, наконец, оказалось под практически полным контролем государства, начиная с 2003г.


Каталог: site -> upload
upload -> Список рецензентов вкр по специальности 100101. 65 «Сервис» специализации «Автосервис»
upload -> 2015 жылғы «Сары-Арқа» әуежайы» АҚ-ның тұтынушыларға және өзге де мүдделі тұлғаларға реттеліп көрсетілетін қәуежайлық қызметтерді ұсыну жөніндегі есебі
upload -> Программа научного семинара на тему «Применение динамического моделирования для ведения устойчивого лесного хозяйства»
upload -> Интерактивная электронная доска компьютерный терминал, с помощью которого можно выполнять те же действия, что и с клавиатурой и мышью, но при этом находиться не рядом с компьютером, а в центре класса
upload -> Экономическая делегация из нижней австрии
upload -> Диссертация состоит из введения, трех разделов выводов, заключения и списка использованной литературы, изложена на 115 страницах


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет