Валентин ютов “Каскад" и "Омега”


АЛЕКСАНДР ПУНТУС - ТИПИЧНЫЙ "КАСКАДЕР"



жүктеу 2.34 Mb.
бет5/11
Дата25.02.2019
өлшемі2.34 Mb.
түріКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

АЛЕКСАНДР ПУНТУС - ТИПИЧНЫЙ "КАСКАДЕР"


"Каскад" участвовал во многих боях, но этот бой под Шиваками был особенным. Здесь погибло шесть чекистов и трое военных, было много раненых. Но особенность это­го боя даже не в количестве жертв, а в том, что он стал как бы символичным, так как воплотил в себе, с одной сторо­ны, героику и боевой дух "Каскада", непоколебимость и смелость рыцарей спецназа. Воплощением этих качеств был капитан Александр Пунтус, который погиб в этом бою.

С другой стороны, этот бой и его жертвы стали следст­вием ничтожных устремлений человека, которые пожалуй были редким исключением в офицерской среде "Каскада", но были, от этого никуда не деться! Майор Еропкин вопло­щал в себе такие черты как очковтирательство, желание прославиться за счет других, тщеславие и эгоцентризм.

Оперативная группа в составе 60 человек во главе с Еропкиным выполняла задачу в районе Шиваков. Еропкин имел указание командира "Каскада" не осуществлять ак­тивных действий и дождаться прихода мотострелкового батальона, который двигался из Кабула в Шиваки для ос­вобождения двух советских военнопленных, находившихся в местном бандформировании. Оно имело на вооружении гранатометы, состояло из сотни душманов, прошедших обучение в Пакистане, вступало в открытые боестолкновения с нашими подразделениями.

В это время Лазаренко получил от Еропкина шифротелеграмму, в которой сообщалось, что его группа распола­гает сведениями и точными координатами бандитского склада, в котором хранятся 80 АК, боеприпасы и другое вооружение, и планирует акцию по его ликвидации. Штаб проанализировал эти сведения и с учетом обстановки в этом районе пришел к выводу, что данные о складе — ли­па, блеф, умышленная деза, так как местное бандформи­рование не будет держать современное стрелковое ору­жие на складе, а предпочтет его использовать вместо ста­рых "буров" и ружей. Еропкину было направлено указание: операции в отношении склада не осуществлять, а самому с группой немедленно возвращаться в Кабул. Но Еропкин поступил по-своему: он направил команду из пятнадцати человек во главе с Александром Пунтусом к складу, где было обнаружено два- три ружья. Это уже потом на раз­боре мероприятий оперативной группы Лазаренко, зачитав телеграмму с приказом немедленно следовать в Кабул, в упор спросил у Еропкина, почему тот его не выполнил. Еропкин промямлил, что не посчитал нужным.

Вся трагедия заключалась в том, что в это же время мо­тострелковый батальон, так и не выполнив задачи по осво­бождению пленных, тоже получил приказ возвращаться в Кабул. Пути батальона и "каскадеров" Пунтуса пересек­лись. Пунтус не имел команды на возвращение и мог при­крыть уходящий батальон. Комбат на прощание сказал:

— Слушай, Саша! Вертолет доносит, что бандиты хотят перерезать дорогу.

— Пусть попробуют!

— Тогда я тебе оставляю замполита и двух солдат с ра­цией.

Батальон еще не успел отойти в сумерки, как разгорел­ся этот жестокий бой. Команду Пунтуса забросали грана­тами. Противник намного превосходил численностью; бла­годаря заранее подготовленным позициям душманы не подпустили на выручку к месту боя наш батальон. Только к утру подоспела помощь. Но "каскадеры" — Александр Пун­тус, Владимир Кузьмин, Юрий Чичков, Александр Прибо­лев, Александр Петрунин и еще четверо советских воинов — в этом бою погибли.

Всю ночь офицер "Кобальта" вел огонь по бандитам, не боясь обнаружить себя, но не позволил им осквернить тела погибших товарищей. Один раненый "каскадер" посчи­тал эту стрельбу напрасной, так как полагал, что нужно до­жидаться помощи, не обнаруживая себя. Может быть у не­го патроны кончились или сил не хватало. Он спасся. Ос­тальные были не в состоянии вести бой из-за тяжелых ра­нений и контузий. Но тела погибших не достались душма­нам.

Утром Лазаренко на вертолете приземлился на месте кровавых событий этой ночи. Была организована отправка убитых "каскадеров" в Кабул, чтобы приобщить их к пе­чально известному "грузу-200". Он посетил штаб располо­женной под Кабулом дивизии, и ее комдив доложил ему как генералу, что войсковой разведкой получены сведения о том, что в Шиваках душманы празднуют победу над рус­скими и устроили большой митинг. Комдив сказал, что ди­визионы гаубиц и "Градов" готовы к акции возмездия.

Александр Иванович вспомнил погибшего Александра Пунтуса, тела его убитых товарищей, цинковые гробы и приказал открыть огонь по Шивакам. Шквальным огнем ки­шлак был стерт с лица земли.

Потом, много лет спустя, вспоминая эту акцию, Лаза­ренко говорил: "Если бы сегодня пришлось принимать та­кое решение, я бы тоже принял его без колебаний".

А еще командира "Каскада" посетила группа старших офицеров "Каскада" с просьбой о немедленной отправке Еропкина в Союз. "Если не отправите, товарищ генерал, мы его прирежем". В других обстоятельствах Лазаренко призвал бы офицеров к порядку и соблюдению дисципли­ны, но сейчас он молча протянул командирам телеграмму, где было изложено его мнение о фигуранте и уже приня­тое решение, совпадавшее с просьбой товарищей.

Александр Пунтус был красивым, веселым, сильным че­ловеком, а такие люди всегда полны юмора, задора, озор­ства.

Было с ним такое происшествие. Однажды солдат ве­щевой службы 40-й армии украл десяток офицерских ру­башек и продал их в дукан. Боясь наказания, он сбежал и пришел в посольство США просить убежища. Этого еще не хватало для высших должностных лиц! Вопрос был поднят на дипломатический уровень, и посол СССР прибыл в аме­риканское посольство уладить вопрос. Американцы обе­щали отпустить солдата при условии, что его не будут су­дить и отправят в Союз.

Пунтус возглавил небольшую бригаду в целях оператив­но-боевого обеспечения мероприятия. В числе прочих пе­ред "каскадерами" была поставлена задача по проверке автомашин, выезжающих из посольства США, так как руко­водство боялось, что солдата вывезут в неизвестном на­правлении. Пунтус знал английский язык и вскоре вступил в контакт с морскими пехотинцами, охранявшими амери­канское посольство. В разговоре с ними он решил пустить дезу и "конфиденциально" сообщил, что афганцы намере­ны сделать с посольством США то же, что сделали с ним иранцы в Тегеране (еще жили в памяти картины учиненно­го там погрома).

Вскоре американцы стали готовиться к эвакуации и со­бирать чемоданы. Информация дошла до представителя КГБ, и он попросил командира "Каскада" прояснить причи­ны переполоха в посольстве. Вопрос был поставлен на со­вещании штаба, и тогда встал Пунтус и, смеясь, доложил, что он предпринял маневр при соприкосновении с главным противником.

Лазаренко попросил его впредь докладывать о подоб­ных "мероприятиях".

Пунтус обладал быстрой реакцией и был по спецназов-ски скор на решения, особенно в экстремальных ситуаци­ях. Однажды через особый отдел армии стало известно, что лейтенант и двое солдат из десантного полка в крепо­сти Балахисар передали душманам два АК с боеприпаса­ми и две армейские радиостанции.

Подполковнику из военной прокуратуры было поручено разобраться, а ему в помощь придана группа "Каскада" из семи человек во главе с Пунтусом.

Все прибыли в крепость, но когда вышли из машин, группу встретил прицельный автоматный огонь, который вел лейтенант-преступник. С первого выстрела Пунтус уло­жил его наповал. В соответствии с установленными прави­лами на Александра было заведено уголовное дело. Но су­ды везде работают медленно, и уже после боя под Шива-ками к Александру Ивановичу прибыл военный следова­тель:

— А где Александр Пунтус? Я хочу с ним побеседовать.

— Пунтус погиб. Уголовное дело прекратили.

Слова Александра Пунтуса "Пусть попробуют", в кото­рых была и дерзость настоящего воина, и вера в себя и в своих товарищей, и храбрость спецназовца, и надежность чекиста, и твердость настоящего мужчины — стали потом символом бойцов "Каскада".

Типичный "каскадер" навсегда остался в сердцах и па­мяти спецназа. Его имя и имена его товарищей выгравиро­ваны на Доске славы в музее истории "Вымпела".

Пусть попробуют — "Каскад" не отступает!

"Каскад" идет только вперед.

ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ФАКТОР

ВСПОМИНАЕТ НАЧАЛЬНИК ПОЛИТОТДЕЛА ОТРЯДА "КАСКАД" ЗИЛКОВ А.И.

В начале сентября 1980 года по заданию начальника Управления "С" генерал-майора Дроздова Ю.И. в ДРА бы­ли командированы капитан I ранга Зилков А.И. и полков­ник Державин Ю.В. Перед ними как представителями Центра была поставлена задача изучить первый опыт опе­ративно-боевой и политико-воспитательной работы в ко­мандах и опергруппах отряда "Каскад".

В ходе общения с командирами команд и их заместителя­ми по политической части, начальниками штабов, руководи­телями опергрупп и их сотрудниками было высказано немало практически значимых пожеланий в адрес Центра, реализа­ция которых в дальнейшем позволила улучшить взаимодейст­вие между руководством Управления "С" и "Каскада".

К сожалению за первые месяцы пребывания отряда на афганской земле не обошлось без нарушений воинской дисциплины. Так неоднократно злоупотреблял спиртным один из командиров команд. Пришлось применить к нему крутые меры. Несколько оперработников другой команды, возвращаясь после удачно проведенной оперативно-бое­вой операции, по дороге решили сделать привал. Зашли в ресторан, поужинали с обильным возлиянием спиртного и устроили соревнования по стрельбе из пистолетов Мака­рова. Мишенью были избраны лампочки в зале ресторана. Попытки хозяина заведения прекратить безобразие не увенчались успехом. Перебив все лампочки, "каскадеры" сели в БТР и по пути на базу израсходовали весь боезапас автоматов и пулеметов по зарослям цитрусовых деревьев.

На следующий день в ходе разбора этих "полетов" бы­ло предложено прекратить командировку нарушителей и отправить их по месту постоянной службы. Но все они ис­кренне раскаивались в содеянном, клялись кровью иску­пить свою вину и убедительно просили дать им возможность своим самоотверженным трудом в командировке до­казать случайность происшедшего. После долгих раздумий и сомнений командир "Каскада" А. И. Лазаренко принял решение оставить сотрудников в отряде. И не ошибся. Все они активно участвовали в осуществлении многих острых мероприятий, безупречно вели себя в коллективе, прояви­ли высокое чекистское мастерство, храбрость и прочные морально-волевые качества. Однако по возвращении из командировки председатель КГБ Украины Федорчук уво­лил их из органов госбезопасности.

Были и другие примеры, свидетельствовавшие об опре­деленных упущениях в политико-воспитательной работе с офицерским составом. Не обошлось и без некоторых казу­сов. Один ив них произошел в ходе работы совещания ко­мандиров команд и начальников штабов. Во время переры­ва на зеленой лужайке во дворе виллы, где проходила ра­бота совещания, продолжался оживленный обмен мнения­ми по проблемам, которые были затронуты в докладе А. И. Лазаренко, в том числе по вопросам укрепления воинской дисциплины. А тогда в "Каскаде" было не менее одной ты­сячи офицеров из центрального аппарата ПТУ и территори­альных органов КГБ СССР. Один из командиров команд — полковник Ковалев М. Д., участник Великой Отечественной войны, опытный чекист-руководитель в разговоре со мной стал настаивать на необходимости отправлять офицеров-нарушителей дисциплины на импровизированно созданную гауптвахту и за период нахождения там не оплачивать им командировочные в валюте. Я долго убеждал его в нелепо­сти и противозаконности такой меры дисциплинарного воз­действия в условиях загранкомандировки, боевой обста­новки. Но безуспешно. Командир настаивал на своем.

Видя бесплодность моих дальнейших попыток переубе­дить собеседника, я предложил обратиться с просьбой к командиру "Каскада" разрешить наш спор А. И. Лазаренко внимательно выслушал наши соображения. Глаза его на­полнились гневом. Он схватил своей огромной ладонью правой руки ворот зеленой форменной гимнастерки Миха­ила Даниловича, вперил в него свой ястребиный взгляд и с яростью произнес: "Ты что, Миша, опупел?!!" Михаил Да­нилович вытянулся по струнке и скороговоркой залепетал: "Мне все ясно, Александр Иванович. Мне все ясно". Как оказалось, переубедить его можно было за несколько се­кунд, если делать это умеючи.

Словом опыт первых месяцев действий опергрупп в сложных условиях различных провинций Афганистана по­казал необходимость улучшения заботы о повседневных материально-бытовых условиях личного состава, повыше­ния качества работы командиров и их заместителей по поддержанию высокого политико-морального состояния подчиненных. Исходя из этого, командир отряда А. И. Лазаренко вышел с предложением о необходимости созда­ния политического отдела "Каскада".

По возвращении в Москву об этом было доложено на­чальнику Управления "С" Дроздову Ю. И., секретарю парт­кома КГБ Агееву Г. Е. и секретарю парткома Управления "С" Надуваеву С. Г., а затем Политбюро ЦК КПСС товарищу Кириленко. Во всех инстанциях предложение было одоб­рено. После решения всех бюрократических вопросов вы­шло постановление ЦК КПСС о создании политического отдела отряда "Каскад", и начался процесс его формиро­вания. В ходе подготовки необходимых для этого докумен­тов выяснилось, что отряд "Каскад" в количестве 1000 офицеров КГБ был направлен в ДРА без оформления это­го соответствующими приказами. Поэтому по указанию се­кретаря парткома КГБ представители Управления "С" , ру­ководители юридического и мобилизационного отделов КГБ оформили все необходимые документы, подтвержда­ющие лигитимность нахождения офицеров "Каскада" в Аф­ганистане. Одновременно из офицеров Управления "С" был сформирован политический отдел отряда "Каскад" в составе начальника политотдела, его заместителя и трех инструкторов — по организационно-политической, идеоло­гической и комсомольской работе. Все сотрудники поли­тотдела имели немалый оперативный и жизненный опыт, необходимые навыки работы с офицерским составом и агентурой.

25 декабря 1960 года - ровно через год после ввода советского ограниченного контингента в ДРА - офицеры политотдела прибыли в Кабул и приступили к работе. В кратчайший срок была проведена необходимая политико-воспитательная работа в командах и большинстве опер­групп "Каскада", офицеры ознакомились с агентурно-опе-ративной обстановкой в провинциях Афганистана, с усло­виями службы, жизни и быта, настроениями в коллективах и политико-моральным состоянием личного состава. На начальном этапе большую помощь политотделу оказал со­трудник Управления "С" Решетник И. И., который до этого являлся заместителем командира отряда "Каскад" по политической части, а затем был переведен на оперативную работу. Довольно быстро были установлены деловые свя­зи и повседневное взаимодействие с руководством пред­ставительства КГБ, с политорганами 40-й армии и Витеб­ской дивизии ВДВ в Кабуле, а также с командирами и по­литработниками этих соединений на территории страны.

Специфика первого этапа работы политотдела состояла в том, что в конце января 1981 года на смену "Каскаду-1" прибывали новые подразделения отряда "Каскад-2". Ес­ли "Каскад-1" был полностью укомплектован офицерами-чекистами из центрального аппарата и территориальных органов КГБ, то значительная часть личного состава опер­групп "Каскада-2" состояла из воинов-пограничников сроч­ной службы, для сохранения преемственности в оператив­но-боевой работе офицеры политотдела совместно с ко­мандованием отряда отобрали наиболее опытных и про­фессионально подготовленных сотрудников, которые доб­ровольно остались в составе "Каскада-2". Большое вни­мание было обращено на тщательную подготовку и обеспе­чение безопасности передислокации личного состава, во­оружения и боевой техники в процессе замены команд и опергрупп. И эта задача была успешно решена.

В дальнейшем на протяжении всей командировки со­трудники политотдела основную часть времени работали не в Кабуле, а в местах дислокации подразделений отряда во всех восьми зонах Афганистана, прежде всего там, где обстановка была наиболее сложной. По оценке Центра, ру­ководства "Каскада" и его команд деятельность сотрудни­ков политотдела способствовала мобилизации личного со­става на успешное решение поставленных оперативных и боевых задач, укреплению дисциплины и сплоченности коллективов, стойкому преодолению трудностей службы в сложных условиях военной обстановки в Афганистане. И то, что за все семь месяцев нахождения в составе отрядов "Каскад-1" и "Каскад-2" (с декабря 1980 года по июль 1981 года) при исключительно активной и напряженной ра­боте ни один офицер не погиб, есть немалая заслуга офи­церов политотдела.




Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет