Вильгельм Райх


ГЛАВА II. Неудача консервативной сексуальной реформы



жүктеу 4.07 Mb.
бет3/14
Дата12.09.2017
өлшемі4.07 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14
ГЛАВА II. Неудача консервативной сексуальной реформы

Целью сексуальной реформы является устранение недостатков общественного сексуального бытия, коренящихся, в конечном счете, в способе экономического существования и проявляющихся в духовной жизни членов общества. В авторитарном обществе в связи с экономическими и идеологическими конфликтами нарастают противоречия между действующей моралью, навязываемой господствующими классами всему обществу в интересах сохранения и укрепления их власти, и естественными сексуальным потребностями в определенный момент. Такое нарастание противоречий доходит до степени кризиса, неразрешимого в рамках существующего общества. Но никогда еще в истории человечества это противоречие не приводило к столь острым, объективно жестоким последствиям, выливающимся даже в убийства, как на протяжении последних 30 лет. Поэтому никогда ранее не было написано столь много, не шли столь бурные дискуссии по половым вопросам, как ныне, и никогда также не уводили все стремления настолько далеко по ложному пути, как теперь, в "век техники и науки".

Такая ситуация лишь кажется парадоксальной. Противоречие между бедственным положением в сексуальной сфере, разлагающим образом воздействующим на половую жизнь, и гигантским прогрессом сексуальной науки оказывается подобием другого противоречия - между экономической нищетой трудящихся масс и выдающимися техническими Достижениями нашего времени. Ситуация, когда в век осуществления асептических операций и хирургического искусства, достигшего в Германии совершенства, с 1920 по 1932 гг. ежегодно умирали от последствий аборта около 20 тыс женщин, а 75 тыс каждый год тяжело заболевали от последствий прерывания беременности, лишь кажется абсурдной - точно так же, как и такая, когда с прогрессом рационализации производства в 1930-1933 гг. все больше промышленных рабочих становились безработными и обреченными вместе со своими семьями на физическую и моральную гибель. Это противоречие, которое никак нельзя назвать абсурдным, является вполне рациональным, если не рассматривать его независимо от экономической и общественной структуры, в которой оно возникло. Нам также следует показать, что как факт сексуального убожества, так и неразрешимость проблемы пола неотделимы от общественного строя, которому они обязаны своим возникновением.

В рамки культурно-политического противоборства вписываются и стремления к сексуальной реформе. Например, либерал Норман Хэйр, выступая за сексуальную реформу, борется только против определенного недостатка общества, не желая посягать на сам характер этого общества. Пацифистски настроенный социалист, "реформист" предполагает, осуществив реформу, сделать несколько шагов в направлении социалистического преобразования существующего общества. Он пытается повернуть в обратном направлении ход развития, начав с изменения экономической структуры.

Несмотря на сколь угодно деловую аргументацию с нашей стороны, человек, занимающий позицию моралиста, никогда не поймет, что сексуальные бедствия являются одним из признаков защищаемой им принудительной морали. Он видит причины такого состояния или в греховности человека или в таинственной "Ананке" (гр. - внеземное принуждение; судьба. - Прим. пер.) или в не менее таинственной воле к страданию, а то и верит, что сексуальные бедствия столь велики из-за пренебрежения к тем требованиям аскетизма и моногамии, которые он выдвигает. Но мы не хотим считать его способным на признание своей доли вины в процессе возникновения того, что он, - поверим ему в этом! - преисполнясь сострадания, хочет устранить с помощью реформ. Последствия такого вывода могли бы при определенных условиях потрясти тот экономический базис, основываясь на котором, он хотел бы осуществить свою реформу. Такой моралист еще не понял, что фашист любого типа не намерен шутить серьезными вещами и, не колеблясь, прикажет заменить либерального пацифиста палачом, когда речь пойдет о его, фашиста, существовании.

Приверженцы сексуальной реформы на протяжении многих десятилетий пытаются смягчить тяжелое положение в этой сфере. В центре внимания общественности постоянно находятся такие проблемы, как проституция, венерические заболевания, сексуальные бедствия, прерывание беременности и убийства на сексуальной почве, а также неврозы. Ни одна из принятых мер не смогла каким-либо образом улучшить нынешнее преимущественно бедственное положение в сексуальной сфере, более того, предложения по осуществлению сексуальной реформы все еще отстают от действительных изменений в отношениях между полами.

Снижение числа заключаемых браков, возрастание числа разводов и нарушений супружеской верности делают настоятельно необходимой дискуссию о реформе брака. Внебрачные половые контакты завоевывают все большее признание вопреки воззрениям представителей сексуальной науки, ориентирующихся на этические ценности. В то время как сторонники сексуальной реформы все еще бьются над вопросами о том, не стоит ли продлить воздержание в период полового созревания до возраста старше двадцати и не надо ли признать онанизм естественным явлением, фактом повседневной жизни становится начало половой жизни у большей части молодежи в возрасте от пятнадцати до восемнадцати лет. В то время как приверженцы сексуальной реформы продолжают ломать голову над вопросом о том, не следует ли наряду с медицинскими показаниями к прерыванию беременности признать и социальные, "криминальный" аборт и половые сношения с предохранением становятся все более популярными. Это отставание реформаторских стремлений, а также тот факт, что конкретные энергичные изменения в половой жизни далеко обогнали усилия пропагандистов сексуальной реформы, едва ли достойные упоминания, ясно свидетельствуют о том, что во внутренней сути реформаторских стремлений что-то несостоятельно, что внутреннее противоречие, подобно тормозному устройству, препятствует каждому движению и обрекает эти стремления на безрезультатность.

Таким образом, мы стоим перед задачей проследить скрытый смысл фиаско авторитарной сексуальной реформы и разобраться в отношениях, которые органически связывают авторитарную сексуальную реформу и ее неудачу с авторитарным общественным строем.

Эти отношения отнюдь не просты. Собственного обстоятельного исследования требует в особенности проблема формирования сексуальной идеологии.(2) В данной же работе рассматривается лишь небольшая часть комплекса проблем, в частности, проблемы:

1. Ситуация в сфере брака как препятствие сексуальной реформе.

2. Семья, основанная на принуждении, как воспитательный аппарат.

3. Предъявляемое к молодежи требование аскетизма как логичная с авторитарной точки зрения мера воспитания для пожизненного моногамного брака и патриархальной семьи.

4. Противоречие между консервативной реформой брака и консервативной идеологией брака.

Некоторые из этих проблем оставались до сих пор без внимания, так как в критике сексуальной реформы подчеркивались внешние формы половой жизни (жилищный вопрос, аборт, брачное законодательство и т.д.) в противоположность сексуальным потребностям, механизмам и переживаниям. В Европе критика была весьма основательной и осуществлялась с социологической точки зрения (Ходанн, Хиршфельд, Брупбахер, Вольф и др.), но особо резким нападкам этой критики подверглось осуществленное в Советском Союзе в 1918-1921 гг. коренное преобразование законодательства, регулирующего сферу сексуальных отношений.(3)



ГЛАВА III. Институт нерасторжимого брака как основа противоречий сексуальной жизни

Осуществление сексуальной реформы затрагивает брачную мораль, основанную на принуждении. За этой реформой стоит институт брака, прочно укорененный в экономических интересах. Брачная мораль является крайним выражением этих экономических интересов в идеологической надстройке общества и в качестве такового пронизывает мышление и деятельность любого исследователя или реформатора этой сферы в такой степени, что делает невозможной сексуальную реформу.

Как же связаны экономические интересы с брачной моралью? Ближайшим следствием этой связи является заинтересованность в сохранении целомудрия до брака и верности женщины, состоящей в браке. Мюнхенский специалист по сексуальной гигиене Грубер верно отметил этот последний мотив, имеющий решающее значение: "Мы должны оценивать и культивировать целомудрие женщины как высшее народное достояние, так как в нем - единственная верная гарантия того, что мы действительно будем отцами наших детей, трудимся и создаем нашу собственную кровь ради себя. Без такой гарантии не существует возможности для прочной, исполненной искренности семейной жизни - этой неотъемлемой основы для процветания народа и государства. Этим, а не эгоистичным произволом мужчины обосновывается предъявление женщине более строгих требований по сравнению с мужчиной относительно целомудрия до вступления в брак и верности в браке. Если женщина ведет себя вольно, на карту ставится гораздо больше, чем если такую вольность в поведении позволяет себе мужчина".

Благодаря связи наследственного права с деторождением проклятая проблема брака оказывается прочно укорененной в половой жизни, а половая связь между двумя людьми перестает таким образом быть вопросом половой жизни. Внебрачное целомудрие женщины и ее верность в браке нельзя сохранить в долгосрочной перспективе без вытеснения сексуального начала из характера женщины, причем вытеснение это должно было быть значительно. Ближайшее последствие этого - требование целомудрия, предъявляемое к девушке.

У примитивных народов, общество которых организовано уже на частнохозяйственной основе, девушка как в давние времена, так и теперь может жить половой жизнью как ей заблагорассудится. Только вступление в брак обязывало ее к недопущению внебрачных связей.(4) В нашем обществе в качестве условия заключения брака безусловно ставилось требование о девственности. Особенно резкие формы оно приняло в последние десятилетия прошлого века и на рубеже веков. Строгое соблюдение верности замужней женщиной и добрачное целомудрие девушки закладывают на этой стадии два краеугольных камня реакционной сексуальной морали, которые должны, создавая психическую структуру, проникнутую боязнью сексуальности, служить опорой патриархальных брака и семьи.

Следовательно, идеология является выражением экономических интересов. Но при этом необходимо сказать и о противоречивости процесса. Требование целомудрия, предъявляемое к девушке, лишает юношу предмета любви. В результате этого внезапно возникают многочисленные проявления сексуальности, появление которых хотя и не планировалось общественным строем, но которые неизбежно являются частью свойственной ему системы половой жизни. Антиподом моногамного брака становится нарушение супружеской верности, столь же старое, как и сам этот брак, девичье целомудрие дополняется существованием проституток, противоречащим целомудрию.

Супружеская неверность и женская проституция являются неотъемлемыми составными частями двойной сексуальной морали, позволяющей мужчине как до заключения брака, так и в браке совершать то, в чем она отказывает женщине. Естественные потребности сексуальности приводят между тем к ситуации, когда строгая сексуальная мораль достигает результата, противоположного запланированному. Аморальность же в том смысле, как ее понимают реакционеры, то есть супружеская неверность и внебрачные половые связи, порождая гротескные социальные явления, развивается в двух направлениях - половые извращения и превращение сексуальности в нечто вроде платной услуги, оказываемой вне брака.

Так как чувственная сексуальность вне брака попадает в сферу товара, то жертвой этого оказываются нежные отношения с партнером, что наиболее отчетливо проявляется в проституции. Например, молодой человек расщепляет свою сексуальность, удовлетворяя чувственность с женщиной из "низших слоев" и, напротив, обращая нежность к девушке своего круга. Следствием такого расщепления любовной жизни и соединения чувственности с добыванием денег являются ее полное принижение и пропитывание жестокостью. Это выражается наиболее отчетливо в широком распространении венерических заболеваний и становится, также неумышленно, важной составной частью консервативного социального устройства. Борьба против проституции, внебрачных половых связей и венерических заболеваний ведется под лозунгом аскетизма, в соответствии с представлением о том, что половые отношения моральны только в браке. Доказательством же гибельности внебрачных сексуальных контактов является их якобы рискованность.

Сами реакционные авторы подтверждают невозможность Применения аскетизма как эффективного средства против венерических заболеваний, но они не указывают правильный путь из тупика брачной морали. Ведь если венерические болезни и порождаются бациллами, то распространением своим они обязаны принижению внебрачной половой жизни, утвердившейся в виде морального контраста, противопоставления санкционированным брачным отношениям. Реакционно настроенный сексуальный исследователь, если только он не порвет со своей средой, должен волей-неволей подкреплять это противоречие идеологическими доводами.

В вопросе об абортах мы также видим противоречия, а за ними - идеологическую опору брачной морали и оглядку на институт брака. В качестве одного из аргументов против отмены параграфа уголовного кодекса, карающего за аборты, выдвигается понятие "нравственности", как то: куда бы, мол, привело нас разрешение абортов, да и вообще, параграф о запрете абортов является препятствием для "необузданной половой жизни". Стремясь добиться прироста населения, достигают обратного результата - постоянного снижения цифр рождаемости. (Известно, что легализация прерывания беременности в Советском Союзе не нанесла ущерба росту населения - наоборот, необходимое социальное попечение, связанное с легальным абортом, обусловило резкий прирост рождаемости).(5) Но ведь нужны национальное превосходство и пушечное мясо, и это порождает стремление к повышению численности населения.

Ошибочно было бы полагать, что ведущим мотивом в данном случае является внимание к проблеме роста резервной армии труда. Эта проблема, вероятно, являлась определяющей раньше, когда безработица небольшой в процентном отношении части трудящихся оказывалась чрезвычайно полезной, обеспечивая давление на заработную плату. Но времена изменились.

Массовая безработица в странах Запада, превратившаяся в структурный элемент нашей экономики, обесценила этот побудительный мотив. Недопущение рационального регулирования рождаемости по причинам непосредственно экономического характера имеет меньшее значение по сравнению с соображениями идеологического, мировоззренческого порядка, также, в конечном счете, коренящимися в экономических интересах.

Итак, как уже говорилось, важнейшее обоснование наказуемости аборта - ссылка на "нравственность". Утверждают, что если разрешить прерывание беременности, то придется допустить его не только для женщин, состоящих в браке, но и для незамужних. А тем самым якобы одобряются внебрачные связи и отменяется моральное принуждение к заключению брака в случае, если женщина забеременеет, и наносится ущерб институту брака. Следовательно, с идеологической точки зрения, необходимо сохранять сексуальную мораль, несмотря на противоречащие ей факты половой жизни, так как брак является становым хребтом авторитарной семьи, а она, в свою очередь, местом производства авторитарных идеологий и авторитарных структур человеческого характера.

Этим обстоятельством до сих пор пренебрегали в имевших место до сих пор дискуссиях по вопросу об аборте. Можно было бы сделать половинчатые выводы, например, разрешить прерывание беременности женщинам, состоящим в браке, но не незамужним. Занять такую позицию означало бы принимать во внимание институт брака. Это возражение было бы правильным, если бы против него не говорил еще один факт, почерпнутый из переплетения сексуальных и идеологических проблем. Основным элементом сексуальной морали является представление о том, что половой акт не может быть независимым от продолжения рода действием, направленным на удовлетворение определенной потребности и достижение наслаждения. Официальное признание сексуального удовлетворения помимо задачи продолжения рода одним ударом покончило бы со всеми официозными, в том числе и церковными, представлениями о половой жизни. Например, Макс Маркузе пишет в коллективном труде "Брак" (глава "Предохранение от зачатия в браке"): "Если бы действительно удалось, предписывая женщинам препараты для внутреннего употребления, иногда стерилизовать их по их же усмотрению, то самая неотложная задача заключалась бы в обнаружении метода популяризации и сбыта этих средств, которые обеспечивают преимущества с точки зрения гигиены, но избавляют от неслыханной опасности, грозящей сексуальному порядку и морали, даже жизни и культуре (читай: "авторитарной жизни и культуре")".

В 1933 - 1945 гг. германский фашизм учел проникнутую этическими мотивами озабоченность Маркузе, либерального сторонника сексуальной реформы, выраженную в 1927 г. Хотя примерно полторы тысячи стерилизаций в "третьем райхе" не дали преимуществ с точки зрения гигиены, они "избавили от неслыханной опасности (отделение сексуальности от продолжения рода), грозящей сексуальному порядку и морали, даже жизни и культуре" ради преодоления "сексуального большевизма".

С помощью простого расчета мы можем продемонстрировать, что в действительности означали эти слова. Ни один патриотически настроенный и озабоченный дальнейшим существованием рода человеческого специалист по сексуальным проблемам не может требовать от женщины-работницы, чтобы она родила, предположим, более пяти детей. Это означало бы право на пять половых сношений на протяжении всей жизни, если акт рассматривается только как средство размножения. Природа человека, однако, устроила так, - конечно же, для того, чтобы доставить возможно больше головной боли приверженцам сексуальной реформы, - что человек, во-первых, порождает и сексуальное возбуждение и хочет полового контакта, даже если у него нет документа о браке, и, во-вторых, ощущает это влечение в среднем каждые три дня. Следовательно, если человек не придает большого значения вопросам морали, он совершает между 14 и 50 годами примерно от 3 до 4 тыс. половых актов. Если бы Маркузе хотел только обеспечить увеличение численности расы, ему надо было бы предложить - и добиться реализации этого предложения, - чтобы женщина имела право использовать предохранительные средства в 2995 случаях, если она не использует их только пять раз, то есть столь часто, сколько нужно было бы, чтобы произвести на свет пятерых детей.

В действительности сторонника сексуальной реформы гнетет не забота о "пяти" актах продолжения рода, а страх того, что человек мог бы и на самом деле, - заметим, с согласия властей - не только желать 3000 актов наслаждения, но и совершить их. Почему же его гнетет этот страх?

1. Потому что институт брака не приспособлен к этому естественному факту и, тем не менее, должен быть сохранен как основной элемент семьи - фабрики авторитарной идеологии.

2. Потому что он неизбежно оказывается перед комплексом вопросов сексуальности молодежи, который, как ему кажется, решается под лозунгами аскетизма и сексуального просвещения.

3. Потому что его теория о моногамной предрасположенности женщин, как и человека вообще, потерпела бы жалкий крах, потрясенная биологическими и психологическими фактами.

4. Потому что он в таких условиях пришел бы к тяжелому конфликту с церковью. Маркузе ладит с ней только до тех пор, пока он, подобно Ван де Вельде в книге "Совершенный брак ", пропагандирует эротизацию в рамках брака, не приводя при этом обстоятельных доказательств того, что его стремления не противоречат церковным догмам.

Общепринятая идеология нравственности является опорным элементом авторитарного института брака. Она противоречит признанию сексуального удовлетворения и имеет своей предпосылкой отрицание сексуальности. Следовательно, именно от института брака и исходят импульсы, парализующие решение вопроса о допустимости абортов.



ГЛАВА IV. Влияние консервативной сексуальной морали

1. "Объективная, аполитическая наука"

Специфический характер идеологической атмосферы, созданной вокруг сексуальных проблем, заключается в отклонении и принижении сексуального начала, что в процессе вытеснения сексуальности воздействует в авторитарном обществе на каждого индивида. При этом не имеет значения, какие компоненты сексуальных потребностей охватываются вытеснением, в каких масштабах это происходит и каковы последствия этого процесса в отдельных случаях. Важно, прежде всего, установить, какими средствами для вытеснения пользуется "общественное мнение", к которому мы причисляем и консервативную сексуальную мораль, и каких общих результатов оно при этом достигает.

Наиболее характерным и значительным носителем идеологии, о которой идет речь, является консервативная сексуальная наука. Рассматривая отдельно проблемы брака и юношеской сексуальности, мы детально исследуем и роль консервативной сексуальной науки, здесь же хотим привести только наиболее типичные примеры моральной предубежденности якобы объективной сексуальной науки.

В своей статье "Сексуальная этика" в "Настольном словаре сексуальной науки" Маркузе - труде, выражающем точку зрения официальной сексуальной науки, Тимердинг пишет:

"Для всей совокупности взглядов на половую жизнь всегда оказывалась весьма важной общая этическая установка, а предложения по реформе сексуальной сферы почти всегда обосновывались этическими принципами..."

"Действительное значение сексуально-этического подхода заключается в том, что он учит видеть явления половой жизни в великой взаимосвязи целостного развития личности и общественного строя".

Мы знаем, что когда речь идет об общественном строе, имеется в виду вполне конкретный строй - авторитарный, равно как когда речь идет о развитии личности, то о той, которая сумела приспособиться к этому строю. Но любая официальная сексуальная этика неизбежно занимает позицию отрицания сексуальности, пусть даже она в борьбе против реальных явлений половой жизни делает некоторые уступки сексуальному удовлетворению или даже если господствующий класс ведет и поощряет половую жизнь, сколь угодно противоречащую этой официальной этике.

Конечно, некоторые исследователи ввиду внутренней противоречивости своих позиций приходят к выводам, не согласующимся с общественными настроениями. Но этот противоположный естественнонаучный полюс никогда не Проявлял своего существования на практике, никогда не было конкретных акций, выходящих за рамки, установленные реакционным обществом. Это, конечно, должно приводить к непоследовательности, даже к абсурдным результатам. Так, Визе пишет:

"За пределами религиозного аскетизма (по крайней мере, в ослабленной форме) существует, особенно в наше время, немало проявлений аскетизма, то есть принципиального воздержания, проистекающего из философских или этических взглядов, соображений социальной целесообразности, душевной или телесной слабости, препятствующей решению Эротических проблем, из склонности к спиритуализму или из смешения всех этих побуждений с унаследованными религиозными инстинктами. Часто встречается представление, что половые контакты между людьми могут приобрести духовную составляющую только благодаря более или менее строгому аскетизму. В основе таких взглядов всегда лежит пренебрежение к телесной сфере и представление об обособленности духовного начала от телесного, о борьбе между телом и душой. Этот современный аскетизм, часто лишь теоретический или делающий из нужды добродетель, можно лишь в редких случаях приравнять к настоящему религиозному аскетизму. Он часто является весьма слабым результатом перенасыщения или слишком малой жизненной силы, которая не может перенести пафоса или пестрой смены чувственных переживаний.

Для каждой формы и каждой степени проявления аскетизма верно наблюдение, в соответствии с которым сильное природное влечение может быть не устранено, а только направлено в другую сторону и преобразовано. Аскетизм "вытесняет" половое влечение. Насколько следует остерегаться некоторых преувеличений, свойственных школе Фрейда, настолько же придется признать основные идеи его учения о вытеснении сексуального инстинкта в подсознание с помощью аскетизма. Из аскетизма могут возникнуть фанатизм, перенапряжение, человеконенавистничество, нецеломудренность фантазии". И далее:




Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14


©kzref.org 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет